Плюс 2,5 млн бедных за год: Россия погружается в нищету

«Майский» указ Путина о сокращении числа бедных вдвое нереален

Бедных в России снова прибавилось — в первом квартале 2019 года показатель вырос с 13,9% до 14,3%. Это следует из данных Росстата. По информации ведомства, у 20,9 млн. россиян доходы в начале текущего года оказались ниже прожиточного минимума.

Для сравнения, в первом квартале 2018 года — если считать по новой методике Росстата — доходами ниже прожиточного минимума располагали 13,9% населения страны, или 20,4 млн человек.

Согласно пояснительной записке Росстата, причина роста бедных не в том, что ситуация в стране стала хуже.

Якобы дело как раз в новой методике. В частности, распоряжением Минтруда прожиточный минимум в России был повышен более чем на 700 руб. и составил в первом квартале 10753 руб. Если бы этот показатель оставался на уровне инфляции, тогда число бедных было бы ниже. А так, по сравнению со всем прошлым годом, бедных стало больше на внушительные 2,5 млн. человек.

Напомним, согласно «майскому» указу Владимира Путина, правительство должно снизить уровень бедности к 2024 году вдвое. В апреле, отчитываясь перед Госдумой, премьер Дмитрий Медведев пытался доказать, что кабмин боролся с бедностью изо всех сил. Так, перед выборами в 2018 году чиновники дважды повышали МРОТ (сейчас 11280 руб.), от которого рассчитываются основные пособия малоимущим. Выше, чем на уровень инфляции, были проиндексированы зарплаты бюджетников, а в 2019 году по фактической инфляции за 2018 год проиндексировали и социальные выплаты.

Но тактика затыкания дыр в плотине, которую вот-вот прорвет, не приносит результата. И в этом нет ничего удивительного.

С 2013 по 2018 год реальные располагаемые доходы граждан снизились на 8,5%. Предвыборные вливания в 2018 году позволили показателю стабилизироваться. Однако в первом квартале 2019 года он снова упал на 2,3% в годовом выражении.

Вместе с тем, с 2013 года произошел значительный рост цен. Особенно на группы товаров, по которым осуществляется импортозамещение, и которые стали предметом контрсанкций. Все это лишь увеличивало число бедных.

По мнению аналитиков, реально определить процент бедных в стране, где приблизительно 25 млн. человек работают в неналоговой сфере — а значит, вне сферы статистического учета, — все равно, что гадать на кофейной гуще.

Плюс к тому, у нас огромное число людей де-факто находятся за чертой бедности, но с точки зрения государства пребывают ровно на этой черте. Это прежде всего пенсионеры, у кого пенсия ниже прожиточного минимума, и кто получает доплату от регионов для достижения этого минимума.

Стоит такому человеку заболеть и начать покупать лекарства, или столкнуться с внешними проблемами — например, с оплатой учебы внуков, — как он начинает погружаться в нищету.

Реально такой пенсионер — бедный, но с точки зрения статистики — вовсе нет. Просто потому, что его доходы хотя бы на 1 рубль превышают прожиточный минимум.

Другая значительная группа бедных — женщины с двумя детьми, не имеющие мужей, проживающие в сельской и приравненной к ней местности, в малых городах и поселениях городского типа. Они получают городские и районные пособия, и власти эти пособия часто «замыливают», особенно в дотационных регионах.

Повышение им уровня социальной поддержки явилось бы наиболее рациональной мерой — и с точки зрения снижения бедности, и улучшения демографической ситуации.

На деле, бороться с бедностью можно — и вполне эффективно. И самый лучший способ — страхование занятости и помощь с получением работы. Но правительство Медведева предпочитает «играть цифрами» статистики, а не решать проблему коренным образом. Просто потому, что такое решение было бы в пользу народа, а не в пользу крупного капитала.

— Сегодня, по сравнению с 2018-м годом, ситуация с бедностью ухудшилась, — отмечает доктор экономических наук, профессор, главный научный сотрудник Института экономики РАН Никита Кричевский. — С одной стороны, из-за того, что реальные доходы продолжают падать, а с другой — растет инфляция и обязательные платежи, такие как ЖКХ и оплата долгов по кредитам.

Поэтому количество бедных увеличивается. И тут мы должны, конечно, попенять Росстату на саму методику подсчета.

Росстат считает, бедный — это тот, чей доход ниже прожиточного минимума. Алгоритм вычисления прожиточного минимума прост. В свое время — в начале 1990-х — были разработаны уменьшенные нормативы здорового питания, которые были существенно меньше позднесоветских.

Например, молока и молочных продуктов (йогурта, сыра, сливочного масла, творога) в 1990-м рекомендовалось потреблять 404 кг в год. А сегодня этот показатель равен 325 кг в год. При том, что Всемирная организация здравоохранения по-прежнему рекомендует 404 кг.

Такая же корректировка произошла по мясу, рыбе, другим продуктам питания.

Соответственно, на основе этих уменьшенных нормативов была составлена потребительская корзина. А уже эта корзина превращалась в деньги. При этом методика подсчета инфляции исключает из нее такие важнейшие моменты, как ЖКХ и моторное топливо.

То есть, инфляция у нас такая маленькая не потому, что Росстат что-то мутит, или не видит очевидного. Дело в методике подсчета.

Так вот, возвращаясь к прожиточному минимуму: он определяется, исходя из физиологической потребительской корзины — сколько это корзина будет стоить в деньгах на текущий момент. А затем, исходя из этой суммы, рассчитанной Росстатом, вычисляется число бедных.

Механизм, как видим, устроен так, что небольшое изменение методики подсчета влияет либо на увеличение числа бедных, либо на его уменьшение.

«СП»: — Сколько в реальности бедных в России?

— Точное число подсчитать действительно сложно. Прежде всего потому, что те, кто получает ниже прожиточного минимума, очень часто работают в неформальном секторе, или получают натуральные продукты.

На самом деле — как ни странно — бедных в стране меньше официального показателя. Но связано это не с гримасами Росстата, а с тем, что он просто не в состоянии подсчитать, сколько бедных.

Вот пример: до четверти населения в Москве и Петербурге налоговым и статистическим органам не видны. Они работают в неформальном секторе, не платят налогов, и нигде не «светятся». В целом по стране таких людей 18%.

Кстати, эти люди могут совершенно спокойно как работать, так и не работать — тунеядствовать. Ну, например, сидеть на шее у родителей, быть содержанками, либо альфонсами. Либо они могут находиться в поиске работы.

У нас по соцопросам безработица не 4%, а 13%. То есть, по соцопросам сегодня занятость 87%, а не 96%, как по Росстату. Разница в 9% - потенциально те люди, которых можно отнести к бедным.

При этом Росстат замалчивает проблему сокращения населения. Население сокращается как за счет умерших стариков, так и за счет вполне трудоспособных людей, которые пали жертвой несбалансированного питания, неуемного потребления спиртных напитков, асоциального образа жизни. То есть людей, которые получили заболевания, и в итоге оказались на кладбище.

Это тоже — следствие бедности. И если прибавить к увеличению числа бедных тех, кто умер до срока, бедных на круг получится еще больше.

То есть, бедность могла бы быть выше, если бы эти люди жили. Но за счет того, что они умерли, показатели бедности несколько ниже.

«СП»: — Насколько можно верить данным Росстата по бедности?

— Росстат — де-факто правительственный орган, это орган Минэкономразвития. И ждать от него какой-то независимой и неангажированной информации, конечно, не приходится. Он действует в интересах власти, пропаганды и идеологии.

— Если судить по ощущениям, в России идет постоянный рост цен, причем на товары первой необходимости, — говорит депутат Госдумы третьего и четвертого созывов, полковник в отставке Виктор Алкснис. — Я вижу, как в «Пятерочке» и «Ашане» — народных магазинах — тележки, которые люди везут к кассам, «худеют» на глазах. Люди ограничивают себя в продуктовых наборах — не в предметах роскоши.

Напомню, я живу в поселке Тучково — это Подмосковье. Так вот, среди знакомых разговоры такие: налицо повышение цен, снижение жизненного уровня, рост расходов на ЖКХ. И все это отнюдь не компенсируется повышением зарплат, пенсий и пособий.

В реальности, в России происходит обнищание население — как бы власть не пыталась это скрыть. И надо понимать: власть бессильна изменить этот тренд, поскольку бессильна изменить экономическую ситуацию в стране. Кремль по-прежнему делает ставку на продажу сырья на Запад, в результате промышленное производство внутри страны не развивается, а количество рабочих мест — сокращается.

У меня в Тучково все заводы стоят — а ведь до 1990-х это был крупный центр строительной индустрии в Московской области. В результате, все местные мужики утром на электричках отправляются на работу в Москву — в основном, в охрану.

И спрашивается: на что людям жить, учить детей, на что лечиться? Образование становится по сути платным, а медицинские услуги — все более недоступными. Платных медучреждений становится все больше, а количество государственных и муниципальных, и количество врачей в них постоянно сокращается.

Все это приводит к обнищанию населения. И власти, по большому счету, на это наплевать.

Андрей Полунин

 

Источник ➝

Подачки власть не оправдают: Старики с пенсией в 9000, шесть тратят на ЖКХ

Депутат от фракции КПРФ Юрий Афонин о том, что спасет от разбоя коммунальщиков

После отставки правительства Медведева сразу после послания президента Федеральному Собранию на должность премьер-министра был предложен глава ФНС Михаил Мишустин. Тогда перед голосованием налоговик посетил фракции парламентских партий и ответил на вопросы депутатов. В том числе и депутатов от фракции КПРФ. Ответы кандидата на вопросы, касающиеся дальнейшего социально-экономического курса, коммунистов не удовлетворили.

Как результат — преемник Медведева не получил голоса депутатов-коммунистов.

А как сегодня во фракции оценивают первые шаги правительства Мишустина?

— Конечно, месяца мало, чтобы давать оценки какой-то работе,, потому что на самом деле события, связанные со сменой правительства, с одной стороны, для многих оказались неожиданными, — говорит заместитель председателя ЦК КПРФ, депутат Государственной Думы Юрий Афонин. - С другой стороны, КПРФ считали, что надо менять и курс, и правительство, которое не справлялось даже с теми задачами, которые ещё в предыдущем послании ставил президент. Была «Стратегия-2020». Обещанного к двадцатому году процветания нет, майские указы не реализованы, запуск национальных проектов показал, что почти триллион рублей оказался невостребованным, программа тоже пробуксовывает.

Поэтому нужно было не только сменить правительство, но самое главное — сменить курс. Вот сейчас правительство поменяли, надеемся, что оно с точки зрения исполнительской дисциплины будет более грамотно подходить к решению задач. Но, тем не фракция КПРФ не голосовала за Мишустина при утверждении на должность председателя правительства, мы воздержались.

Потому что ни тогда, ни сейчас пока не можем оценить вектор, курс. А курс — важнее конкретных лиц. Не ясно: это курс на развитие экономики, создание рабочих мест, производства, поддержки населения, борьбы с бедностью или же — курс на выкачивание денег у населения, работа во имя интересов крупных олигархических структур.

Поэтому если реально говорить об оценке деятельности правительства Мишустина, то это я думаю, что должен пройти примерно год. То есть под конец 2020 года мы должны посмотреть, в том числе на один из ключевых показателей, которые характеризуют деятельность правительства: это рост темпов экономического развития, выход России в ведущие мировые державы. Но без решения ключевых экономических задач это сделать невозможно.

С другой стороны, многое зависит от Минфина. А у нас в Минфине, правда уже не в должности первого заместителя, сидит бухгалтер, задачи которого минимальное количество денег направить на развитие экономики, а максимальное сложить в кубышку, до так называемых худших времён, а худшие времена могут прийти в любой момент, если не развивается экономика и не заработала промышленность. Поэтому будем смотреть. Пока по каким-то параметрам оценивать очень сложно.

«СП»: — Вы говорите о неопределенности курса, но Михаил Мишустин дал понять, что ничего менять не надо, работа, проведенная Дмитрием Медведевым, их устраивает, и они просто будут более эффективно работать в этом же направлении.

— В заявлении звучит корпоративная солидарность. Не надо надеяться, что кто-то из власти будет предъявлять к нему претензии, критиковать. Тем более после недавнего интервью президента Путина, где он сказал, что они с Медведевым друзья, хорошо друг друга понимают. Да и назначение Дмитрия Анатольевича на столь важный ключевой пост заместителя руководителя Совета безопасности подтверждает, в целом это одна команда президента Путина.

Хотя, с другой стороны, важно не то, кто как оценивает деятельность предыдущего правительства. Тот же Кудрин, глава Счетной палаты, после отставки Медведева достаточно нелицеприятно отозвался об эффективности использования средств, финансовой дисциплины и так далее. Вопрос в том, что будет делать обновленный кабмин для улучшения экономической ситуации.

Мишустин во время встречи с нашей фракцией в Государственной Думе перед голосованием прямо заявил, что считает нецелесообразным введение прогрессивной шкалы налогообложения, не поддержал наше предложение о пересмотре антинародной пенсионной реформы. Поэтому после этого разговора мы и не голосовали, не поддержали кандидатуру Мишустина в качестве главы правительства.

Ключевая задача — это экономический рост. Президент в своём послании выразил необходимость поддержки через систему различных материальных выплат малообеспеченных слоев населения. Но это предполагается делать только через социальные выплаты.

Одними социальными выплатами развитие страны невозможно обеспечить. Для человека важна его заработная плата, пенсия. Если будут создаваться новые производства, расти заработная плата, то, возможно, и социальные выплаты в том объеме не нужны. Человек сам может на свою зарплату купить всё необходимое для своей семьи.

А если заработная плата низкая, прожиточный минимум 12.000 рублей и на этом уровне находится МРОТ, а жилищно-коммунальные услуги съедают почти половину дохода, то какие могут быть темпы развития, откуда будут появляться новые рабочие места? Эти самые 20 миллионов высокотехнологичных рабочих мест, о которых мы слышим не один год. Если экономика сохранит сырьевой характер, а деньги за проданные нефть, газ, уголь будут загоняться в кубышки, КПРФ против такой политики.

«СП»: — Вы помянули Алексея Кудрин. С чем связаны его постоянные негативные оценки Медведева, даже сейчас, после его отставки? Идет борьба за власть?

— В свое время Кудрин и Медведев были в одной правительственной команде, там часто «искрило». Уход Кудрина, думаю, был связан, в том числе, и с позицией Медведева, и с их межличностными отношениями. Другое дело, что Силуанов и Кудрин - это представители ультралиберального крыла в правительстве, и с ними связано торможение экономики: закачивать деньги не в экономику, а в кубышку, размещать свободные средства в западных ценных бумагах и так далее.

Им не удалось нормализовать систему, чтобы из страны не выкачивались деньги и не уходили через офшоры на западные счета. Экономика теряет огромные средства. У нас только по официальным оценкам более 20 миллионов человек нищенствует, а 3% владеют 90% национального благосостояния — это приговор любому правительству.

У нас банковский капитал доминирует и самые большие прибыли у госбанков. А основную прибыль должны приносить промышленные предприятия. Но банковский сектор не хочет, в том числе, финансировать производство. От этого низкие зарплаты, теневая экономика, неуплата налогов, частое использование фактически полу-рабского труда.

«СП»: — На фоне всего этого мы наблюдаем рост тарифов ЖКХ. Насколько экономически обоснованы счета за услуги ЖКХ?

— В поправках в Конституцию, предложенных КПРФ, говорится, что расходы на жилищно-коммунальные услуги должны быть не больше 10% от совокупного дохода семьи. За последние 20 лет тарифы взлетели в 30 с лишним раз, а доходы в 6,5, но это — чисто формальные доходы. Потому что из-за инфляции реальные доходы населения не растут уже шесть лет.

На одном из приемов жителей ко мне пришла женщина, одинокая, у неё пенсия 9.000 рублей, жилье топится углем, в зимний период ей примерно нужно 6.000 рублей, чтобы обеспечить теплом жилье. В итоге у неё на еду остаётся 100 рублей в день. Вот такое у нас «социальное» государство.

Антимонопольная служба отрегулировать тарифы, чтобы остановить рост цен на услуги ЖКХ почему-то не может. Тарифы завышаются, при этом растет и процент у банков при переводе оплаты за жилищно-коммунальные услуги. Почему банки паразитируют на платежах за жилищно-коммунальные услуги, которые и так завышены? КПРФ разработала и внесла на рассмотрение законопроект о запрете взимания банковской комиссии при оплате жилья и коммунальных услуг.

Мы так же обратились к Мишустину навести порядок в системе начисление платежей и контроля, самое главное — жилищными инспекциями, которые есть в каждом регионе страны — в работе управляющих компаний. Сейчас контролирующие органы не имеют иногда полномочий для решения обращений граждан. Основные злоупотребления связаны с тем, что иногда управляющая компания завышает платежи населения. Показатели счетчиков тепловой энергии — общедомовых счётчиков часто искажаются. Нет достоверных сведений о площади многоквартирных домов. Кто предоставляет сведения о площади многоквартирных домов — сами управляющие компании в соответствии с паспортами. У нас долгое время в этой документации был полный бардак. Поэтому мы попросили, среди других требований, правительству разобраться с тарифами.

Но у нас много проблем в развитии страны связано с так называемым свободным рынком — наследием Ельцина, гайдаровской-чубайсовской команды, навязанном нам в 90-е годы. Был принят Госдумой закон о стратегическом планировании, но, к сожалению, он не работает в российских реалиях. Поэтому в сфере ЖКХ требуется серьезное переосмысление и решение накопившихся проблем за многие годы.

 

Майя Мамедова

Эксперт разъяснил доклад о страхе россиян в случае ухода Путина

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх